Аннексия как возбудитель ненависти

С давних времен на Балканском полуострове жили босняки. В X веке их упоминал в своем трактате византийский император Константин Багрянородный, а в XIII веке в Боснии распространилась ересь, близкая учению катаров, проповедовавших на юге Франции.

Катары называли себя "добрыми людьми" и, наверное, не случайно в то время жителей Боснии называли "добрыми босняками". Соседние страны, особенно Венгрия, пытались жестоко подавлять это движение, но в Боснии его разделяла большая часть населения. Преследования еретиков подтолкнули жителей здешних мест принять турецкое владычество. Многие переходили в ислам, так как Османская империя была тогда более веротерпимой, чем христианские государства.

Прошли века. Про ересь катаров все забыли. Большая часть босняков стала мусульманами, хотя на этих землях жили и христиане. В XIX веке Османское правление уже не воспринималось, как веротерпимое. По всему Балканскому полуострову начиналось формирование национального сознания — сербского, хорватского, боснийского. В 1875 году в южной части Боснии — Герцеговине началось восстание против османского владычества, которое быстро перекинулось на всю Боснию. В 1876 году восстали болгары. Сербы стали воевать с османами. А в 1877 году началась русско-турецкая война.

Общественное мнение, как в России, так и в Западной Европе было в основном на стороне славянских народов. Все жаждали защищать права — "братьев-славян" или просто "страждущих христиан". Положение балканских народов волновало многих хороших людей, но для великих держав это был просто повод для вмешательства в ситуацию на Балканах и приближения того момента, о котором мечтал еще Николай I — "раздела наследства умирающего человека" — получения части территорий Османской империи.

Русские войска разгромили турок и почти дошли до Стамбула, но в Европе никто не хотел, чтобы Россия стала единственным "спасителем" славянских народов. Во время Берлинского конгресса в 1878 году результаты мира, заключенного Россией с Турцией, были пересмотрены так, чтобы пользу от этого договора получили и другие европейские державы.

Австро-Венгия на Берлинском конгрессе получила право ввести войска на территорию Боснии — конечно же, ради блага боснийцев и защиты христиан от угнетения. Австрийцы неплохо управляли, проводили здесь реформы и пытались способствовать развитию Боснии. Даже сегодня набережная в Сараеве выглядит, как улица в хорошем, процветающем австрийском городе. Но оккупация — это все равно оккупация. К тому же жители соседних Сербии и Черногории считали эти территории своими — и решить, так это или нет, было невозможно ни тогда, ни теперь, слишком уж перепутаны все этнические и языковые реалии на Балканах. В Стамбуле к началу ХХ века тоже начали поговаривать о том, что неплохо бы вернуть потерянные земли.

Австрийцы решили как-то подстраховаться и в 1908 году аннексировали Боснию –объявили ее частью Австро-Венгерской империи. Сербия и Черногория пришли в ярость и объявили всеобщую мобилизацию, готовясь к войне за Боснию. Ясно, что сил у них было немного, но ведь их могла поддержать Россия, а это уже означало бы начало мировой войны.

После мучительных переговоров конфликт был кое-как урегулирован, но напряжение осталось. Австрийцы по-прежнему занимались развитием Боснии и в 1910 году здесь даже появилась конституция. Но аннексия — это все равно аннексия, ради кого бы она ни совершалась и какими бы благородными речами ни сопровождалась.

В июне 1914 года наследник австрийского престола эрцгерцог Франц-Фердинанд прибыл в Сараево, и 28 июня на той самой набережной с роскошными домами в австрийском стиле его карету поджидал сербский националист Гаврило Принцип, застреливший и Франца-Фердинанда и его беременную жену. После этого началась Первая мировая война.

Конечно, война началась не из-за того, что Австрия оккупировала, а потом аннексировала Боснию, но аннексия — она всегда аннексия. За ней следуют общее ожесточение, ненависть, враждебность, террор, война. Думать об этом очень грустно.

Тамара Эйдельман

Facebook

! Орфография и стилистика автора сохранены