Военные отказываются признать, что сделали призывника-десантника инвалидом

Через 2,5 месяца, в январе 2013 года, он попал в инфекционное отделение госпиталя с ветрянкой. Мать сомневается в правильности диагноза, так как сыпи у него практически не было. Некоторые специалисты предполагают, что у юноши был опоясывающий лишай, который требовал другого лечения. После госпиталя Николая отправили на учения на восток страны, где вскоре он опять попал в госпиталь.

Через 10 месяцев службы у Николая открылась язва.

В конце октября 2013 года Татьяна Осипова поехала за сыном, который должен был демобилизоваться. Женщина попыталась взять в части выписки из истории болезни, но выдать документы ей отказались, сославшись на то, что это персональные данные.

Николай вернулся домой в ноябре 2013 года. Снова пошел учиться, но вскоре у него открылось желудочное кровотечение, а в марте 2014 года томографическое обследование выявило у юноши цирроз печени.

В конце года матери удалось добиться квоты на проведение в Москве операции по трансплантации печени. Татьяна отдала Николаю 75% своей печени. Жизнь сына была спасена, но он стал инвалидом первой группы. С августа 2015 года мать пытается "выбить" страховку, положенную ее сыну как солдату-срочнику, который вернулся из армии искалеченным. Курганский облвоенкомат по заявлению Осиповых направил три письма в адрес командира 137 полка с запросом его медицинской книжки и заверенной копии выписного эпикриза военного госпиталя.

Не получив за полгода ни одного ответа, к делу подключили военную прокуратуру Рязанского гарнизона. Ей часть ответила, что запросы из курганского военкомата не поступали,

хотя каждое письмо было отправлено с уведомлением, и отметка о вручении адресату на почтовых документах имеется. Провести военно-врачебную экспертизу без медицинских документов из воинской части оказалось невозможно. Бюрократическая волокита говорит о нежелании военных решить вопрос. Петиция в поддержку Николая за две недели набрала 136 тысяч подписей.