Колосс кутаисский (Газета.Ru)

23 ноября 2009 года власти Узбекистана снесли монумент советским воинам в центре города, а заодно православную церковь XIX века и, что самое жутковатое, вырубили даже вековые деревья в парке вокруг. Спустя две недели памятник снес Саакашвили – в Кутаиси (только, понятно, деревьев не рубил и церкви не взрывал), и если про узбекскую церковь никто не пикнул, то тут волна осуждения, возмущения, негодования прокатилась по всем российским СМИ, и вот уже премьер Путин распорядился насчет самой важной для России проблемы, и вот уже российский союз Nutzliche Georgier (полезных грузин) готов восстановить памятник за собственный счет.

Выражая справедливое негодование палачу, негодяю, фашисту, предателю исторической памяти Михаилу Саакашвили, хочу указать все-таки на два обстоятельства, несколько смягчающих черную бездну его преступлений.

Во-первых, памятник был давно разграблен. Дело в том, что он был построен в то замечательное советское время, когда высота железобетонных колоссов и количество тонн отпущенной на них бронзы были прямо пропорциональны званию ваятеля в совковой табели о рангах, а товарищ Бердзенишвили, народный художник СССР, депутат Верховного Совета, академик, лауреат и пр., и пр., и пр., ранг имел высочайший. И вот представьте себе эту 25-метровую ступу, героически соответствующую всем канонам совка, и еще перед этой ступой стоит гигантский бронзовый конь (на другом творении товарища Бердзенишвили, в Марнеули, по тому же поводу, мать и дитя сжимают гигантский бронзовый меч), и еще бронзовый монах, и бронзовые колокола (вы мне, кстати, можете объяснить про коня, колокол и монаха – при чем здесь Вторая мировая?) – и вот вся эта бронза в начале 90-х перестала быть символом статуса и стала тем, чем она и являлась с художественной точки зрения, то есть металлоломом.

И металлолом попилили и продали в Турцию.

И вот эта домна в 25 метров торчит посереди Кутаиси. И надо это восьмое чудо света или сносить, или реставрировать. Я, конечно, все понимаю, но предъявлять режиму Саакашвили то, что после российско-грузинской войны он не стал восстанавливать кусок бетона величиной с 8-этажный панельный дом и представляющий примерно ту же художественную ценность, – это, знаете ли, чересчур. Тем более что, как выясняется сейчас, у тов. Бердзенишвили не сохранилось кроков для восстановления колосса кутаисского.

Второе смягчающее обстоятельство заключается в том, что Михаил Саакашвили действительно перестраивает грузинские города. Жителям российских городов, в которых полностью исчезла идея города как связного пространства, в которых власти считают неосвоенным любой кусок пространства, не проданный под застройку и за откат, трудно поверить, что за 6 лет Тбилиси превратился в европейский город, а в Батуми из свалок поднялись пятизвездочные гостиницы.

И, восстанавливая саму идею города, Саакашвили сносит и чудовищные совковые памятники, и незаконные дома, например – самый знаменитый случай – 16-этажный дом в центре города, по поводу которого телеканал «Имеди» чуть восстание не поднял.

Из памятников же в Тбилиси пострадало другое творение того же депутата, лауреата и академика Бердзенишвили – конная статуя Давида Строителя. Эта штуковина была выстроена (извините, написать слово «изваяна» не поднимается рука) уже во времена Шеварднадзе, когда академик Бердзенишвили переключился с серийных памятников погибшим в ВОВ на грузинскую историю, и в полной мере символизировала сущность режима. Ибо стояла в аккурат перед гостиницей «Иверия». В гостинице, вонявшей на километр, обвешанной тряпками, жили беженцы, а перед гостиницей стоял этот Конь, за которого скульптор получил 7 млн лари. Вот это-то чудное творение и перенесли подальше, к въезду в Дигоми – это местная тбилисская Жуковка, и так как, приезжая в Грузию, я обычно живу у друзей в Дигоми, то каждое утро при въезде в город я гляжу на эту хрень и понимаю, что дело Зураба Церетели живо и бессмертно.

Теперь, возможно, читатели будут шокированы употреблением слов «хрень», «домна» и «металлолом» по отношению к памятникам. Они, вероятно, считают, что академик, лауреат, депутат и пр., и пр., и пр. Бердзенишвили со своими гигантскими мечами и гигантскими конями горел душой по жертвам войны.

Так вот: я должна сказать, что для меня абсолютным символом ханжества – не кровавости, не подлости, а именно ханжества – советского режима являются эти бездарные, безликие, бетонно-блочные памятники, непременно наличествующие в каждом граде и веси. Потому что в то самое время, когда СССР плодил эти обелиски и стелы, в лесах гнили кости сотен тысяч непохороненных солдат. Это у фрицев каждый труп был подотчетен, на каждый труп полагался гроб, а у нас даже, сколько погибло, мы не знаем. У немцев – 6,5 млн человек. А у нас не то 20, не то 28, не то больше. Это не имеет параллелей в истории человечества. Смерть для человечества всегда была священна. Труп всегда требовал обряда.

Помните у Платона диалог, где он обсуждает относительность обычаев? И скиф, у народа которого в обычае съедать своих мертвых, ужасается грекам, у которых в обычае их сжигать? Люди с мертвыми делали разное – сжигали, хоронили в земле, пускали в лодке, подвешивали на дереве, оставляли на башнях птицам, но во всем этом многообразии обычаев вопреки Платону был инвариант. А именно – люди совершали над мертвыми обряд. Не пришло в голову Платону, что воина можно просто бросить в болоте.

СССР в 70-е имел прекрасную возможность объявить вместо этого чудовищного скульптурного фарса программу по захоронению останков – но! Вы представьте себе, если бы на съездах и парткомах рапортовали: за истекший период в нашем ржевском болоте найдено и захоронено еще 10 тысяч тел. Невольно бы кто-то и задумался – а что такое было подо Ржевом? Какая грандиозная победа? Какая блистательная операция? И вспомнил бы, что никакой победы не было, а был палач Жуков, который месяц за месяцем гнал, как скот на убой, российский народ на неприступную линию окопавшихся немцев.

Поэтому трупы лежали в болотах, а по обочинам тянулись бездарные бетонные памятники. Это очень важно, что они были бездарные: попущением Господа гениальность и ложь – вещи несовместные, особенно к концу жизни лжи. Это на заре режима можно снять «Триумф воли» или написать «Двенадцать». Это на заре режима можно создать «Рабочего и колхозницу» – гениальное творение Веры Мухиной. А концу режима остается только тов. Бердзенишвили.

А вот что людей угробили – уроды. Как ни ломай грузин – пока грузинский «авось» равняется российскому «авось». Вот разве только… кого там посадили? Всех начальников, кто взрывал? И сняли губернатора? Вы не подскажете мне, в какой из российских катастроф на этой неделе (порт, смытый в Сочи, о количестве жертв – молчок, вроде бы четверо, или при взрыве в нижнетагильской шахте – 9 трупов) сняли губернатора?

Статья опубликована на сайте Газета.Ru

Юлия Латынина